Александр Бугаев (a_bugaev) wrote,
Александр Бугаев
a_bugaev

Categories:

Миллер на "Свободе" или "Не в свои сани".

Интервью на радио "Свобода"
“Ждать, пока Путин помрет, или договориться”

Редкий случай, когда Миллер высказывается не на исторические темы, а прямо о текущей политике.

бонус: обсуждение в ФБ у интервьюера Ярослава Шимова (там любопытная дискуссия с участием как известных персон, так и персон не всем известных).

Плюс свежий материал на Постнауке
Украинский вопрос в Российской империи

------------

В интервью Миллера с Шимовым речь зашла о стереотипах восприятия России на Западе и Запада в России.
... Но Россия как "конституирующий иной" функционирует в европейской мысли в течение последних 300 лет. И это не Россия придумала и не ее плохое поведение – это европейцы так придумали про Россию. Россия здесь ничего изменить не может – это внутренняя работа европейцев, хотят они от этого избавиться или нет. Это плоды не моих научных трудов, а скажем, Ивэра Нойманна, которого трудно заподозрить в том, что он какой-то однобокий русофил.

– Возникает вопрос: всегда ли политическое поведение властей России, в том числе сейчас, способствует тому, чтобы образ России на Западе мог быть переосмыслен?

– Вы не тяните одеяло туда, я еще раз вам говорю, что от России мало что зависит. Способствовала, не способствовала – вы внутреннюю домашнюю работу сделайте. Если вы создали этот дискурс и поддерживали его с разными модификациями 300 лет, то опять хотите перенести ответственность на Москву? Это довольно странно. Не в том смысле, что Москва хорошая, каждая страна по-своему плоха.

За этот аргумент Миллеру крепко достаётся, один комментатор у Шимова прямо называет это демагогией.
Как же так, мы же только что про историзм и некие представления говорили? .. если отжать воду, то... российские элиты считают стратегический контроль над Украиной жизненно важным ввиду исторически сложившихся представлений о смертельных угрозах для империи, такие представления сформировались неким объективным путем, на Западе же кто-то сознательно создает и поддерживает «зеркальный дискурс», этому кому-то предлагается провести домашнюю работу по исправлению.
Это тезисы не историка, это тезисы политика.

Звучит убедительно - это политика. Миллер действительно зашёл на чужую территорию. В результате он оказывается не в привычной для него роли отстранённого историка, а выглядит представителем одной из конфликтующих сторон. Получая, разумеется, всё причитающееся - причем не от нейтральных наблюдателей, а от представителей или симпатизантов другой стороны.

Я бы обратил внимание на слова Миллера про несделанную на стороне Европы домашнюю работу. Возможно, он считает, что со стороны российских критиков империи домашняя работа уже в основном выполнена. Ведь действительно, в России есть не только властная элита, не только Путин с Мединским, не только официозные пропагандисты..Но есть и как минимум полуторавековая традиция западничества, есть история внутренней критики России, её политики, её роли в мире со стороны интеллигенции, т.е. со стороны наиболее образованных, европейски ориентированных представителей интеллектуальной элиты страны. И труднее найти беспристрастный подход к Российской империи, чем хрестоматийные перечисления и обличение прошлых и нынешних грехов - от раздела Польши в 18 веке до пакта Молотова-Риббентропа ,от подавления Пражской весны до вмешательства в конфликт на Украине. И тот же Миллер, пытающийся в своих работах несколько отойти от этого привычного обвинительного нарратива и описать внутреннюю логику империи и её властей, выглядит белой вороной на фоне множества своих коллег (в т.ч. и весьма идейно крепких коллег, как, например, в этой дискуссии).

Но при этом и сам Миллер в своих работах вовсе не является адвокатом империи (и тем более её властей). И даже в нынешнем разговоре про политику он отчётливо высказывает и своё отношение:
"Я перечисляю эти обиды с обеих сторон, уже зафиксировав свою позицию: что и с той стороны дерьмо, и с этой стороны оно же. .. Всякое рассуждение Мединского на какую бы то ни было тему у меня вызывает отвращение."
и свою главную задачу:
"для того, чтобы вылезти из того трагического состояния, в котором мы сегодня находимся, каждая из сторон должна задуматься: может быть, и мы что-то сделали не так?"

Но, повторю, зайтя на территорию политики, Миллер попадает в дувусмысленную позицию. С одной стороны, он как будто пытается говорить из положения "над схваткой". В этом интервью он много раз употребляет слово "мы", и каждый раз это "мы" обозначет не привычное для многих "наша сторона", "Россия", а "мы, учёные" ("мы знаем, что история ничему не учит, мы знаем, что никаких однозначных толкований по поводу истории невозможно сделать и так далее") либо "мы" объединяющее Россию и Европу ("мы прекрасно дополняем друг друга, нам очень выгодно сотрудничать").

Но самой логикой разговора определяется, что для той стороны он вовсе никакой не отстранённый наблюдатель, а представитель путинской России. И как только он заговривает о проблемах, о грехах на той стороне, получает вполне естественный отпор - а ну не лезь со свиным рылом в калашный ряд.

P.S. См. также добавление про вопрос, на который я не знаю ответа.
Tags: miller
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 27 comments