Александр Бугаев (a_bugaev) wrote,
Александр Бугаев
a_bugaev

Максим Соколов - "Они не расслабятся"

http://www.expert.ru/expert/current/data/tema3.shtml

С окончанием избирательных мероприятий возникает вопрос: будет ли работавшая на них политическая армия возвращена к мирному труду или же эта армия для оправдания своей нужности будет придумывать себе все новые и новые кампании

Солдаты, возвращенные Отчизне,
Хотят найти дорогу к новой жизни.
Эрих Мария Ремарк


Общефедеральная избирательная кампания 2003-2004 годов закончилась полной победой Кремля, и до осени 2007 года нам вроде бы никакие кампании не грозят. Во всяком случае, один из важных тезисов завершившейся кампании звучал: "Голосуя за Путина, вы голосуете за стабильность" - то есть за мирное несмущаемое развитие страны. Теперь, когда проголосовали, настала пора наслаждаться благодетельным миром. Как по сходному поводу писал Гораций, nunc est bibendum.

Но тогда важно понять, что будет с политической машиной, более полутора лет работавшей на дело мира, не считаясь ни с какими издержками - "все для фронта, все для победы!". Примерным сроком тотальной мобилизации надо считать весну-лето даже не 2003-го, а 2002 года, когда началась лихорадочная деятельность по верхушечному партстроительству, погребению коммунистов, etc. Затем последовало идеальное выстраивание СМИ, чтобы не брякали чего не надо, и купцов, чтобы не давали деньги куда не надо, а кульминационный последний штурм мы наблюдали в последние недели, когда шла битва за контрольные цифры явки.

Безотносительно к тому, нравится нам вся эта машинерия или совсем не нравится, невозможно отрицать ее впечатляющую мощь, и возникает вопрос, что с этой мощью собираются в ближайшие годы делать. Произойдет ли конверсия (хотя бы частичная) электорально-промышленного комплекса и демобилизация героев-политтехнологов - что означало бы переход к мирному строительству также и в политической сфере, - или же машина, набрав обороты в кампанию 2003-2004 годов, будет крутиться с прежней мощностью.

Любопытство отнюдь не праздное, потому что машину такого рода враз не заглушишь, тем более что все машины такого рода, как правило, совершенно не желают, чтобы их кто-то глушил. При этом не сказать, чтобы гипотетические доводы героев завершившейся политкампании выглядели совсем уж неубедительными. Отстаивая свою нужность (повторяем: если вопрос о нужности вообще возникнет, что далеко не факт), они могут указать, что машина такого рода - это не мотоблок с культиватором, который с наступлением холодов можно мирно поставить в сарай до следующих весенне-полевых работ. Скорее, это армия, то есть сложный организм, который должен постоянно поддерживать боевую выучку, - и никакое государство даже и в дни мира свою армию в сарай не складирует. В ответ на разговоры о массовой демобилизации очень вежливо будет спрошено: "А вы уверены, что в нужный момент вам снова удастся отмобилизовать войско?" Вопрос очень серьезный, потому что успех завершившейся кампании - это совсем не veni, vidi, vici. Это результат долгой и планомерной работы по укрощению реальных и потенциальных субъектов политики и введению их в очень жесткие рамки, которые им и посейчас могут казаться тесными.

Представим себе, что с окончанием активной кампании признано политически и эстетически накладным содержать столь мощную армию рулящих процессом и объявлена демобилизация, она же - царство просвещенной свободы. В этом случае нынешние объекты руления начнут действовать в соответствии со своей имманентной природой. У самых сервильных электронных СМИ начнут развязываться языки. Купцы, вспомнив, что политика есть концентрированное выражение экономики, опять начнут самостийно лезть со своими деньгами в это концентрированное выражение. Партии опять начнут исходить из того, что политика - это не хитрое кремлевское партстроительство, а реальное и самостоятельное домогательство власти, - и пойдут по новой домогаться. Mutatis mutandis чаемая оттепель обернется новой горбачевской перестройкой - потому что пережатая пружина она хоть в 1987-м, хоть в 2004 году пружиной остается и ведет себя по правилам механики. Опыт М. С. Горбачева показывает, что начинают с упразднения очевидных и бессмысленных глупостей, спустя же малое время теряют всякое управление и принуждены держаться уже не за поводья, а за хвост. Президенту СССР могло придавать мужества незнание этого, но второму президенту РФ трудно приписать полное незнание так недавно разворачивавшихся процессов.

Вообще-то в самой сложности плавного спуска с нынешних зияющих высот можно было бы даже усмотреть шанс на удачную конверсию политармии. В предположении, что героям-технологам все равно - что подтаскивать, что оттаскивать, можно было бы повелеть им осторожно и без резких телодвижений несколько освободить чрезмерно управленную демократию - "Гроза прошла, не враг нам боле Шуйский!". В цинизме политармейцев, равно как и в том, что при прочих равных условиях сами-то они ничего не имеют против растленной буржуазной демократии, нет оснований сомневаться, но еще меньше оснований сомневаться в том, что для них своя рубашка всегда будет ближе к телу и заниматься своей самоликвидацией (а мирный политический процесс - это именно ликвидация сословия рулящих кукловодов) они вряд ли пожелают. Опять-таки суть перестройки в том, что инерцию страха насаждал еще т. Сталин, а Горбачев ее упразднял - здесь же получается, что эту инерцию сперва насаждают, а затем ослабляют одни и те же лица, и это маловероятно.

Естественно, пока есть жизнь, всегда остается надежда, но политическая машина, созданная в первый срок В. В. Путина, оказалась слишком идеальной, чтобы за временной ненадобностью ее можно было снести в сарай и наслаждаться благами мира. Скорее, эта машина и впредь будет нас регулярно услаждать благами борьбы.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments