January 29th, 2003

1998

Ну уж точно прослойка узка

Позавчера искал в яндексе тексты leonid_b и наткнулся на один, отсканированный Антоном Глазуновым.

А вчера увидел на Глобалрусе статью Тараса Бондаря, с которым я знаком несколько лет. Оказалось, что цепочка замкнулась через нашего общего с Тарасом друга, который знаком с Юлей.
1998

Почему идеологии не фальсифицируются

В двух словах (т.е. упрощенно). Сильно не бейте.

Для фальсификации необходимо предьявление контрпримера, не укладывающегося в теорию и/или ее предсказания.

Проблема как раз в том, что формальное "предъявление" невозможно, т.к. нет "протокольного языка", т.е. языка для объективной фиксации фактов. Более того, а "есть ли сами факты"? Если запретить применять инструменты описания из соответсвующих теорий, то что останется? Разве что в прямом смысле протоколы (судебные, милицейские, медицинские, спортивные...)

Поэтому предъявляемый контрпример никому ничего не докажет. Позиция оппонента в лучшем случае будут подкорректирована, в обычном - контрпример будет признан нетипичным или несущественным, в худшем - признан некорректно предъявленным.

Поэтому всяческие споры на темы общества в лучшем случае могут привести каждого отдельного спорящего к ощущению, что в его картине мира что-то не совсем правильно, что его парадигма не улавливает чего-то важного. И затем уж, в самом лучшем случае, подвигнуть его на поиск других парадигм и критический анализ своей собственной.

Сложность в том, что этот самый поиск и анализ приходится вести, сидя в своем собственном, возможно уже неуютном, но таком привычном дискурсе.
Задача примерно та же, что вытаскивать себя из болота за волосы. Не очень понимая при этом, где болото и за что вообще можно ухватиться.