Александр Бугаев (a_bugaev) wrote,
Александр Бугаев
a_bugaev

Виталий Лейбин об Эстонии и о позиции интеллектуального класса

http://www.polit.ru/analytics/2007/05/10/leibotvet.html

Первая часть статьи - о ситуации с Эстонией.

Вторая - полемика с Боксером и Ермольцевым
Это старая беда нашей страны – убийственное разделение на революционеров и охранку, зеков и ментов. Атавизмы гражданской войны и вообще трагедий ХХ века.

И это болезнь не только «революционной» интеллигенции. Сейчас в народе очень популярен блатной шансон. Его любят за искренность, простоту, правду, которая противостоит государственной казенщине. Блатная культура порождает и высокие образцы, достаточно вспомнить хотя бы Владимира Высоцкого или Юза Алешковского. Но в мире, где есть только зеки и менты, жить невозможно.

Сергей Трофимов (Трофим) поет: «В этой нищей бесправной забитой стране, /так похожей на общую зону, /Кто-то должен остаться в гражданской войне/ Вне закона, вне закона». Такая позиция и вообще традиция гражданской войны имеет понятную историю. Но эту традицию как раз и не хотелось бы продолжать. Не хочется иметь выбор только между этими дурацкими социальными ролями – «вохра» и «зека».

Разделить ответственность за страну в моем понимании – это совсем не значить занять сервильную позицию, стать «ментом». Более того, претензия к образованному классу как раз состоит в том, что его представители или оправдывают все действия властей, занимаются апологией, или критикуют все без разбору, даже если приходится встать в один строй с людьми, которые искренне и бескорыстно ненавидят нашу страну и культуру и даже оправдывают гадости типа СС.

Дмитрий Ермольцев спрашивает, что нужно для того, чтобы занять содержательную позицию. Вот это и нужно: прежде всего иметь более сложную картину мира, чем та, которая есть у ментов и зеков на зоне. Это и означает жить по-человечески по Улицкой, по-моему. В качестве первого шага нужно заявить свою предельную позицию в обсуждении политики. Для участия в российской политике изнутри, а не снаружи, нужно заявить пророссийскую позицию. Для этого не обязательно любить того или иного высокопоставленного чиновника, для этого достаточно любить свою страну.

Это видно по полемике вокруг конфликтов в Прибалтике, Грузии, Украине. Одно дело ратовать за демократию, а другое становиться рядом с теми, кто считает России историческим злом. Я не раз приводил военные стихи Анны Ахматовой или позиции Григория Померанца. Они знали про преступления Сталина из собственного опыта, но вопрос, на чьей стороне быть в войне, был ими решен однозначно.

Я могу понять, что и соратники Степана Бандеры думали, что они за свою независимость, на стороне украинской культуры. Эту позицию можно знать и уважать, ровно так, так и Григорий Померанц в тюрьме не брезговал играть в шахматы с власовцем. Но свою позицию тоже иметь нужно, в том числе для того, чтобы строить нормальные отношения с другими странами и культурами. И для того, чтобы иметь право вместе со своим обществом строить свою страну цивилизованной и современной. Чтобы не быть чужим в своей стране.

Историческая позиция России может быть более сильной, чем у стран с громким национализмом, поскольку имея рефлексию и собственного сталинизма, и собственной победы, можно просто производить более качественные высказывания.

Следующий шаг построения содержательной позиции в том, чтобы иметь достаточный аппарат для мышления о государстве и власти. Для начала, различать их. Понимать, где действия конкретного чиновника и политика, а где собственно власть. Государство и политиков можно остро критиковать и менять, а власть можно только разрушить вместе со страной, путем революции. Государственный террор появляется тогда, когда людей заставляют делать то, что они не хотят, а власть – когда люди подчиняются добровольно. Путать борьбу с неким исполнителем и борьбу с властью, «с преступной владой», «антинародным режимом» – неграмотно для интеллектуального и политического класса. Власть – это не большой начальник, ее тайна и содержание в представлениях о стране, об обществе, о том, что мы вместе делаем, будучи гражданами одной страны, что разделяют, а с чем не согласны. Легитимная власть, в отличие от террора, – это продукт общественной коммуникации. Участие во власти – не обязательно означает службу или обслуживание. А будучи против «антинародного режима» или на стороне «цивилизованных стран» это затруднительно. Это и означает – со стороны.

Об этом отлично говорит Алексей Миллер, призывая полемику о национализме и гражданской нации не отдавать на откуп уродам, считая, что тема неправильная. Это же говорит Александр Аузан, критикуя позицию вроде «с ним рядом срать не сяду». Общественная коммуникация должна исключать преступные и уродливые позиции, вроде фашизма, но в остальном допускать разговор со всеми, включая представителей власти.

Собственно в этом миссия интеллектуального класса – задавать нормы и язык для общественного обсуждения. Если предлагаются лишь слабые идеологемы, вроде борьбы с режимом, то и политика будет строится на качелях между государственным насилием и бессмысленным бунтом.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments