Александр Бугаев (a_bugaev) wrote,
Александр Бугаев
a_bugaev

Category:

К вопросу об эвакуации евреев в начале войны

Недавно попалось выступление на эту тему на популярном среди творческой интеллигенции сайте.
Илья Колмановский пишет:
Есть стойкая легенда о том, что красные эвакуировали евреев из Белоруссии и Украины — и спасли полтора миллиона человек. Известно откуда взялся этот миф: его распространяли представители советского Еврейского антифашистского комитета, когда обращались к богатым американским евреям с просьбой о помощи СССР. Миф оказался чрезвычайно живуч — многие вполне образованные люди готовы отстаивать его до сих пор, несмотря на очевидные исторические нестыковки: ведь как мог Советский Союз эвакуировать евреев с территорий, доставшихся ему при разделе Польши, если известно, что к войне с Германией он не готовился? А после 22 июня 1941 года немецкие войска продвигались по этим территориям едва ли не быстрее, чем мог бы идти железнодорожный состав. Но мифологическое сознание легко мирится с противоречиями.

И в комментариях ему отвечают:
Ну, то что советское правительство НИКОГО НИКОГДА спасать или освобождать не собиралось и этого не делало - вроде как очевидно. Даже приписывать им такие намерения смешно. Если кто-то и мог случайно спастись, благодаря советским, то совсем не потому, что те ставили себе такую цель.

------------------

Так совпало, что я как раз прочитал об этом вопросе в исследоваyии Солженицына "Двести лет вместе".
Рекомендую ознакомиться с полным текстом главы (а лучше - всей книги), здесь же приведу фрагмент.

После «Хрустальной ночи» (ноябрь 1938) у немецких евреев не оставалось сомнений в гибельной опасности, нависшей над ними. От гитлеровской кампании в Польше гибельное это облако двинулось и на восток. Никто, однако, не знал, что начало войны с СССР откроет новый этап нацистской политики: тотальное физическое уничтожение евреев.

Хотя и ожидая разных бед от немецкого нашествия, советские евреи всё же не могли предвидеть беспричинных массовых расстрелов обоих полов и всех возрастов, — такого нельзя было вообразить наперёд. И оставшихся на постоянных местах своего жительства — настигала мгновенная жуткая неотвратимость, не оставляя места и времени сопротивлению. Жизни кончались внезапным обрывом. И до того обрыва ещё нужно было пережить — где предварительный сгон в еврейское гетто, где лагеря с принудительным трудом, где газовые фургоны, где — копку своих же могильных ям и раздевание донага перед расстрелом.

Российская Еврейская энциклопедия приводит много имён русских евреев — жертв еврейской Катастрофы, называет погибших в Ростове, Симферополе, Одессе, Минске, Белостоке, Каунасе, Нарве.
... Но многих и многих спасла от уничтожения эвакуация 1941 и 1942 годов. Ряд еврейских источников военного и послевоенного времени не выражает сомнений в энергичности мер по этой эвакуации. Например, в сборнике «Еврейский мир» 1944 года читаем: «Советские власти полностью давали себе отчёт в том, что евреи являются наиболее угрожаемой частью населения, и, несмотря на острую нужду армии в подвижном составе, тысячи поездов были предоставлены для их эвакуации... Во многих городах... евреев эвакуировали в первую очередь»; хотя автор считает преувеличением «утверждение еврейского писателя Давида Бергельсона, будто [в общем] 80% евреев были благополучно эвакуированы»1. — «В Чернигове до войны еврейское население исчислялось в 70000 человек, из которых к приходу немцев осталось 10000.... В Днепропетровске из 100000 еврейского населения к приходу немцев осталось только 30000». В Житомире из пятидесяти тысяч евреев уехали не менее сорока четырёх2. — В бюллетене «Хайаса» летом 1946 года Е.М. Кулишер писал: «Не вызывает сомнений, что советские власти принимали специальные меры для эвакуации еврейского населения или для облегчения его стихийного бегства. Наряду с государственным персоналом и промышленными рабочими и служащими всем евреям отдавалось преимущество [при эвакуации]... Советские власти предоставили тысячи поездов специально для эвакуации евреев»3; безопаснее от бомбёжки эвакуировали евреев и на многих тысячах подвод, наряжаемых от колхозов и совхозов до железнодорожного узла поглубже. — Б.Ц. Гольдберг, зять Шолом-Алейхема, будучи корреспондентом нью-йоркской еврейской газеты «Дер Тог», «после очередной поездки в Советский Союз зимой 1946/47 года напечатал статью "Как во время войны эвакуировали евреев в Советской России"» («Дер Тог», 21 февраля 1947): кого он об этом расспрашивал на Украине, «евреев и христиан, военных и эвакуированных, все отвечали, что политика власти заключалась в том, чтобы предоставить преимущества при эвакуации евреям, стараться вырвать их чем больше, чтобы наци не могли их уничтожить»4. — И бывший советский партизан Моше Каганович в своих затем (1948) заграничных воспоминаниях подтверждает, что советские власти предоставляли для эвакуации евреев все имевшиеся транспортные средства, сверх поездов — и тележные обозы, и было приказано эвакуировать «из областей, угрожаемых врагом, в первую очередь граждан еврейской национальности». (Отметим, что С. Шварц и более поздние исследователи оспаривают и существование такого приказа, и вообще эвакуацию советскими властями евреев "как таковых")5.

Ранние и поздние источники дают, однако, довольно близкие оценки числа евреев, эвакуированных и бежавших с оккупированных немцами территорий. Официальные советские цифры на этот счёт отсутствуют; все исследователи сетуют, что исходные статистические данные весьма приблизительны. Но будем опираться на работы последнего десятилетия. — Так, демограф М. Куповецкий, используя ранее недоступные архивные материалы и новации в методике анализа, предлагает такие оценки. Согласно окончательным итогам переписи 1939 года в СССР в его «старых» (то есть до присоединений 1939-40 гг.) границах насчитывалось 3028538 евреев. Приложив к этой цифре некоторые коррекции и учтя коэффициенты естественного прироста еврейского населения с сентября 1939 до июня 1941, отдельно по каждой области расселения, исследователь предлагает считать, что к началу войны в «старых» границах СССР было расселено около 3 080 000 евреев. Из них 900 тысяч проживало на территориях, которые во время советско-германской войны оставались вне оккупации, а на территориях, в дальнейшем оккупированных немцами, к началу войны проживало 2 180000 евреев («восточники»)6. — «Нет точных данных о количестве евреев, спасшихся бегством или эвакуированных на восток до начала немецкой оккупации. Но на основании некоторых исследований известно, что из восточных областей... захваченных немцами, удалось уйти примерно 1000000-1100000 евреям»7.

Другая картина была на территориях, недавно, в 1939-1940, присоединённых Советским Союзом и теперь стремительно захваченных немцами в начале своего «блица». Молниеносность немецкого удара почти не оставляла шансов спастись, а между тем еврейское население этих «буферных» областей насчитывало к июню 1941 года 1885000 человек («западники»)8. Из них «лишь небольшое число евреев сумело бежать, эвакуироваться. Считается, что... около 10-12 процентов»9.

Таким образом, на территории СССР в «новых» границах, по самым оптимистическим из предлагаемых оценок, избегли оккупации во время войны примерно 2226000 евреев (2000000 «восточников» и 226000 «западников»); на захваченных немцами территориях осталось 2739000 евреев (1080000 «восточников», 1659000 «западников»).

Эвакуированные и беженцы из занятых немцами и угрожаемых областей направлялись глубоко в тыл, «в частности, евреи в большинстве — за Урал, особенно в Западную Сибирь, Казахстан, Узбекистан и Туркменистан»10. — В материалах Еврейского Антифашистского Комитета содержится утверждение: «В Узбекистан, Казахстан и другие среднеазиатские республики эвакуировались в начале Отечественной войны около полутора миллионов евреев»11. Эта цифра — без Волги, Урала, Сибири. (Краткая Еврейская Энциклопедия считает: «цифра 1,5 млн... сильно преувеличена»12.) — А в Биробиджан не было ни организованной эвакуации, ни отдельных беженцев — хотя там, из-за разбега еврейских колхозов, образовался свободный жилой фонд на 11 тыс. семей13. — В то же время «еврейских колонистов в Крыму эвакуировали столь заблаговременно, что они были в состоянии вывести весь скот и все земледельческие орудия»; «известно, что весной 1942 года еврейские колонисты с Украины создали колхозы на Волге» — каким образом? А, как пишет автор, «по иронии судьбы»: на местах немецких колонистов, высланных из республики Немцев Поволжья декретом советского правительства от 28 августа 194114.

Как мы уже отмечали, в приводимых источниках военного времени и сразу после войны энергичность и объёмность советской эвакуации евреев от наступающих немцев дружно признавались. Но в более поздних — с конца 40-х годов — стали оспариваться. — Например, из 60-х годов читаем (курсив в источнике): «планомерной эвакуации евреев, как наиболее угрожаемой части населения, нигде в России не было»15. А ещё 20 лет спустя и такое читаем: после нападения Германии на Советский Союз, «вопреки слухам о том, что правительство якобы эвакуирует евреев из районов, над которыми нависла немецкая угроза, ничего подобного не происходило... оставляли евреев на произвол судьбы. В отношении граждан еврейской национальности хвалёный "пролетарский интернационализм" дал осечку»16. Это суждение вовсе несправедливо.

Всё же и те еврейские авторы, кто отрицают «добрую волю» относительно евреев при эвакуации, признают масштабность её. «Благодаря специфической социальной структуре еврейского населения, число эвакуированных евреев должно было значительно превышать их процентное отношение к общему населению городов»17. Так и было. Через 2 дня после немецкого вторжения, 24 июня 1941, был учреждён Совет по эвакуации (председатель — Шверник, заместители — Косыгин и Первухин) и объявлены её приоритеты: в первую очередь вывозить государственные и партийные учреждения с их служащими, промышленные предприятия, сырьё, рабочих эвакуируемых заводов и их семьи, молодёжь призывного возраста. — Всего от начала войны до ноября 1941 из угрожаемых областей было эвакуировано в тыл около 12 миллионов человек18. Из них, как мы видели, 1,0-1,1 миллиона евреев-«восточников» и свыше 200 тысяч «западников» из тех областей, что вскоре были заняты немцами; к ним следует добавить существенное число евреев в составе населения, эвакуированного из городов и районов РСФСР, куда немцы не дошли (в частности, из Москвы и Ленинграда). — Соломон Шварц: «Общая эвакуация государственных учреждений и промышленных предприятий со значительной частью их персонала (часто с семьями) приняла во многих местах широкий характер. Социальная структура украинского еврейства — значительный процент евреев среди средних и высших государственных служащих, среди академической и технической интеллигенции и заметное участие евреев-рабочих в украинской тяжёлой промышленности — благоприятствовали тому, что среди эвакуированной части населения евреи составляли более высокий процент, чем это соответствовало их доле в составе городского (и тем более в составе всего) населения»19. — (Это относится и к Белоруссии. Там в 20-х — начале 30-х годов почти повально «на различных курсах, ликбезах, в дневных, вечерних, сменных школах... училась еврейская молодёжь, а также люди старшего возраста... Это позволило бедноте еврейских местечек влиться в ряды индустриальных рабочих. При 8,9% численности населения Белоруссии евреи в 1930 г. составляли 36% рабочих республики»20.) — «Усилению процента евреев среди эвакуированных», продолжает С. Шварц, «благоприятствовало и то обстоятельство, что для многих служащих и рабочих эвакуация не носила обязательного характера... И многие — главным образом не-евреи — оставались»; таким образом и для евреев, «которые не подходили под условия обязательной эвакуации... открывалась сравнительно широкая возможность эвакуироваться»21. — Однако, пишет тот же автор, «в советской печати никаких правительственных декретов или инструкций об эвакуации евреев или сообщений о такого рода мероприятиях не появлялось»; и ещё: «на эвакуацию евреев, как таковых, нигде просто нет никаких указаний. Это значит, что такой специальной эвакуации евреев и не было»22.

Если учитывать советскую реальность, вывод этот представляется малоосновательным и, во всяком случае, формальным. Действительно,сообщений о массовой эвакуации евреев не было в советской печати. И понятно — почему. Во-первых, после заключения пакта с Германией в СССР замалчивалась гитлеровская политика по отношению к евреям, и, когда разразилась война, подавляющая часть советского населения не знала о той смертельной опасности, какую несёт евреям немецкое вторжение. Во-вторых, и это было, вероятно, главное, — с немецкой стороны лихо свистела пропаганда против «иудео-большевизма», и советское руководство, разумеется, понимало, что всеми двадцатыми-тридцатыми годами эту пропаганду изрядно подкрепило, — и как им было теперь провозгласить открыто и громко, что спасать надо в первую очередь евреев? Это только и было бы — поддать Гитлеру опрокидывающей силы.

Поэтому и не сообщалось публично, что среди эвакуированных «евреи составляли более высокий процент». «В эвакуационных приказах евреи не упоминались», однако «во время эвакуации в отношении евреев не существовало дискриминации»23; вывозили сколько могли, реально, но — молча, без внутреннего, в СССР, шума. Другое дело — вовне. Вот в декабре 1941, после отбития немцев от Москвы, московское радио — не по-русски, конечно, но «на польском языке», а «на следующий день пять раз по-немецки — сравнивало удачное русское зимнее наступление с чудом Маккавеев» и твердило немцам, что «как раз в ханукальную неделю» истреблена 134-я нюрнбергская дивизия немцев, названная по городу, «в котором возникло расовое законодательство»24. — В 1941-42 советские власти охотно допускали, чтобы синагоги Москвы, Ленинграда и Харькова были переполнены молящимися и чтобы широко праздновалась еврейская Пасха 194225.


-----------------------
Ссылки к приведенному фрагменту

1 И. Шехтман. Советское еврейство в германо-советской войне // Еврейский мир: Сб. 2 (далее — ЕМ-2). Нью-Йорк: Союз русских евреев в Нью-Йорке, 1944. с. 225-226.

2 А.А. Гольдштейн. Судьба евреев в оккупированной немцами Советской России // Книга о русском еврействе. 1917-1967 (далее — КРЕ-2). Нью-Йорк: Союз Русских Евреев, 1968, с. 89, 92.

3 Rescue: Information Bulletin of the Hebrew Sheltering and Immigrant Aid Society (HIAS), July-August 1946 (Vol. Ill, № 7-8), p. 2. — Цит. по: С. Шварц. Евреи в Советском Союзе с начала Второй мировой войны (1939-1965). Нью-Йорк: Изд. Американского Еврейского Рабочего Комитета, 1966, с. 45.

4 С. Шварц. Евреи в Советском Союзе...*, с. 55.

5 Моше Каганович. Дер идишер онтайл ин партизанербавегунг фун Совет-Руссланд. Рим, 1948, с. 188. — Цит. по: С. Шварц. Советском Союзе..., с. 45-46.

6 М. Куповецкий. Людские потери еврейского населения в послевоенных границах СССР в годы Великой Отечественной войны // Вестник Еврейского Университета в Москве. 1995, № 2(9), с. 137, 145, 151.

7 Ицхак Арад. Холокауст: Катастрофа европейского еврейства (1933-1945): Сб. статей. Иерусалим: Яд Ва-Шем, 1990 (далее — И. Арад. Холокауст), с. 62.

8 М. Куповецкий. Людские потери еврейского населения... // Вестник Еврейского Ун-та..., 1995, № 2(9), с. 145.

9 И. Арад. Холокауст, с. 61.

10 С. Шварц. Евреи в Советском Союзе..., с. 181.

11 Г.В. Костырченко. Тайная политика Сталина: Власть и антисемитизм*. М.: Международные отношения, 2001, с. 431.

12 Краткая Еврейская Энциклопедия (далее — КЕЭ). Иерусалим: Общество по исследованию еврейских общин, 1988. Т. 4, с. 167.

13 С.М. Шварц. Биробиджан // КРЕ-2, с. 187.

14 И. Шехтман. Советское еврейство в германо-советской войне // ЕМ-2, с. 226, 227.

15 Г. Аронсон. Еврейский вопрос в эпоху Сталина // КРЕ-2, с. 144.

16 С. Цирюльников. СССР, евреи и Израиль // Время и мы: Международный журнал литературы и общественных проблем. Нью-Йорк, 1987, № 96, с. 151-152.

17 И. Шехтман. Советское еврейство в германо-советской войне // ЕМ-2, с. 224.

18 Советский тыл в первый период Великой Отечественной войны: [Сб.]. М., 1988, с. 139.

19 С. Шварц. Евреи в Советском Союзе..., с. 53.

20 Л.Л. Мининберг. Советские евреи в науке и промышленности СССР в период Второй мировой войны (1941 -1945). М., 1995, с. 13.

21 С. Шварц. Евреи в Советском Союзе..., с. 53.

22 Там же, с. 46, 53.

23 Н. Арад. Отношение советского руководства к Холокосту // Вестник Еврейского Ун-та..., 1995, № 2(9), с. 23.

24 И. Шехтман. Советское еврейство в германо-советской войне // ЕМ-2, с. 238.

25 Там же, с. 237.

Tags: history, solzhenitsyn, war, е.в.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments