Александр Бугаев (a_bugaev) wrote,
Александр Бугаев
a_bugaev

Categories:

Вопрос о недоверии Сталина к предупреждениям разведки

Общее место множества публикаций - слепота Сталина по отношению к предупреждениям разведки о нападении. Цитируют, в частности, два разящих наповал документа.

Вот, к примеру, в статье из "Парламентской Газеты" 2001 года, размещенной в разделе "История. Авторские публикации" на сайте ФСБ (!):
17 июня 1941 года на спецсообщении агента "Старшины" о готовности Германии к войне Сталин начертал резолюцию: "Т-щу Меркулову. Можете послать ваш "источник" из штаба герм. авиации к ... Это не "источник", а дезинформатор".

В той же статье приводится выдержка из другого знаменитого документа, докладной записки Берии Сталину от 21 июня 1941 г. Более полный текст этой записки на HRONO.RU:
Я вновь настаиваю на отзыве и наказании нашего посла в Берлине Деканозова, который по-прежнему бомбардирует меня "дезами" о якобы готовящемся Гитлером нападении на СССР. Он сообщил, что это нападение начнется завтра...

То же радировал и генерал-майор В.И. Тупиков, военный атташе в Берлине. Этот тупой генерал утверждает, что три группы армий вермахта будут наступать на Москву, Ленинград и Киев, ссылаясь на свою берлинскую агентуру. Он нагло требует, чтобы мы снабдили этих врунов рацией...

Начальник Разведуправления, где еще недавно действовала банда Берзина,4 генерал-лейтенант Ф.И. Голиков жалуется на Деканозова и на своего подполковника Новобранца, который тоже врет, будто Гитлер сосредоточил 170 дивизий против нас на нашей западной границе...

Но я и мои люди, Иосиф Виссарионович, твердо помним Ваше мудрое предначертание: в 1941 г. Гитлер на нас не нападет!..» (Сводка №8 // Аргументы и факты. 1989. № 34).

По поводу записки Берии одни пишут, что это фальсификация (см., к примеру,  прошлогоднюю статью в КП.).

Марк Солонин в книге "Мозгоимение. Фальшивая история Великой войны" пишет (в своей характерной манере):
Этот бред под названием "Докладная записка Л. П. Берия от 21 июня 1941 г." запустил в обращение известный писатель и киносценарист О.Горчаков. Кое-какие правильные слова писатель Горчаков знал, поэтому украсил свой опус такой фразой: На старой папке, где хранятся эти донесения, выцветшими фиолетовыми чернилами пронумерован фонд, опись, дело".  Вот и отлично, вот и замечательно - огласите, товарищ писатель, конкретные номера "фонда, описи и дела". Но этого Горчаков, разумеется, не сделал. Что не случайно - так называемая "Докладная записка Берия" является стопроцентной фальшивкой.

         К настоящему времени опубликованы сотни донесений советской разведки, адресованных Сталину. Некоторые из них подписал Л.Берия. В них никогда не используется обращение "Иосиф Виссарионович", там абсолютно немыслимо появление выражений типа "Ваше мудрое предначертание", "тупой генерал Тупиков" и прочая дешевая бульварщина. Категорических выводов вроде "в 1941 году Гитлер на нас не нападет" никто никогда не делает. Уточнение про должность генерала Тупикова ("военный атташе в Берлине") сделано исключительно и только для будущих читателей фальшивки - Сталин обладал феноменальной памятью и уж фамилии своих представителей в Берлине знал наизусть. "Записка Л.Берия" представляет собой очень грубую, топорно сработанную компиляцию типовых мифов и сплетен перестроечной "скрытой правды войны".

Другие продолжают цитировать этот текст (к примеру, в недавней статье Максима Рубченко "Чудеса и аномалии великой войны" в Эксперте).  Этот же текст приводится и в двухтомнике "История Росии. XX век" под ред. А.Зубова, в книге "ГРУ: дела и люди" и во множестве публикаций.

Есть ли более авторитетные источники, чем Солонин, в которых разбирается этот вопрос?


Теперь по поводу реакции Сталина на сообщение "Старшины".

Алексей Исаев в книге "Десять мифов Второй Мировой" приводит полный текст этого сообщения:
«СООБЩЕНИЕ НКГБ СССР И.В. СТАЛИНУ И В.М. МОЛОТОВУ
№ 2279/м

17 июня 1941 г.

Сов. секретно

Направляем агентурное сообщение, полученное НКГБ СССР из Берлина.

Народный комиссар

Государственной безопасности СССР

В. Меркулов

Сообщение из Берлина

Источник, работающий в штабе германской авиации, сообщает:

1. Все военные мероприятия Германии по подготовке вооруженного выступления против СССР полностью закончены, и удар можно ожидать в любое время.

2. В кругах штаба авиации сообщение ТАСС от 6 июня воспринято весьма иронически. Подчеркивают, что это заявление никакого значения иметь не может.

3. Объектами налетов германской авиации в первую очередь явятся электростанция «Свирь-3», московские заводы, производящие отдельные части к самолетам (электрооборудование, шарикоподшипники, покрышки), а также авторемонтные мастерские.

4. В военных действиях на стороне Германии активное участие примет Венгрия. Часть германских самолетов, главным образом истребителей, находится уже на венгерских аэродромах.

5. Важные немецкие авиаремонтные мастерские расположены: в Кенигсберге, Гдыне, Грауденце, Бреславле, Мариенбурге. Авиамоторные мастерские Милича в Польше, в Варшаве Очачи и особо важные в Хейлигенкейле.

Источник, работающий в министерстве хозяйства Германии, сообщает, что произведено назначение начальников военно-хозяйственных управлений «будущих округов» оккупированной территории СССР, а именно: для Кавказа — назначен АМОНН, один из руководящих работников национал-социалистической партии в Дюссельдорфе, для Киева — БУРАНДТ — бывший сотрудник министерства хозяйства, до последнего времени работавший в хозяйственном управлении во Франции, для Москвы — БУРГЕР, руководитель хозяйственной палаты в Штутгарте. Все эти лица зачислены на военную службу и выехали в Дрезден, являющийся сборным пунктом.

Для общего руководства хозяйственным управлением «оккупированных территорий СССР» назначен ШЛОТЕРЕР — начальник иностранного отдела министерства хозяйства, находящийся пока в Берлине.

В министерстве хозяйства рассказывают, что на собрании хозяйственников, предназначенных для «оккупированной» территории СССР, выступал также Розенберг, который заявил, что «понятие Советский Союз должно быть стерто с географической карты».

Верно:

Начальник 1-го Управления НКГБ Союза ССР Фитин. [АП РФ. Ф.3. Оп.50. Д.415. Л.50–52]

Имеется резолюция: «Т[овари]щу Меркулову. Может послать ваш «источник» из штаба герм[анской] авиации к еб-ной матери. Это не «источник», а дезинформатор. И. Ст[алин]». [ «Подлинник» [25– Кн.2,С.382–383]


Исаев комментирует:
Относится фраза о «матери», как мы видим, только к одному абзацу: «В кругах штаба авиации сообщение ТАСС от 6 июня воспринято весьма иронически. Подчеркивают, что это заявление никакого значения иметь не может». Нетрудно предположить, что Сталин мог резко высказаться о столь неприятной для него информации о сообщении ТАСС. Но принципиального значения для оценки развединформации это не дает. Ее просто было мало для выводов в нужное время.

Надо сказать, что меня этот комментарий не слишком убеждает.

Более убедителен разбор у Солонина.
У товарища Сталина были очень веские основания не верить в то, что по состоянию на 17 июня 1941 г. "все военные мероприятия Германии по подготовке вооруженного выступления против СССР полностью закончены". Это серьезная тема, ее не надо комкать, и мы подробно обсудим ее в следующей главе. Пункт 4, как сегодня доподлинно известно, является явной дезинформацией. Никаких немецких истребителей на венгерских аэродромах не было, более того, немцам пришлось приложить значительные усилия, включающие в себя провокационную инсценировку бомбардировки Кошице и Мукачево (на тот момент эти города под названием Касса и Мункач находились на венгерской территории) советскими бомбардировщиками, для того, чтобы втянуть Венгрию в войну. В июне 1941 г. регент Венгрии адмирал Хорти противился этому, как только мог. Однако самым, на мой взгляд, важным содержанием дезинформационного сообщения был пункт 3. Самым важным он является потому, что в пункте 3 речь идет уже о совершенно конкретных вещах. И эта конкретика с неизбежностью выдает дезинформатора.

          Сталин прекрасно понимал, что "авторемонтные мастерские в Москве"  и электростанция в Карелии ("Свирь-3") не могут стать объектами первого удара люфтваффе. Нарком госбезопасности Меркулов тоже обязан был обладать неким минимальным набором познаний в области теории и практики применения боевой авиации, позволяющим понять абсурдность (в данном случае - преднамеренную лживость) этого утверждения. Так что возмущение Сталина было вполне оправданным.

           От аэродромов немецкой бомбардировочной авиации на территории оккупированной Польши до Москвы - более тысячи километров в один конец. Такое же расстояние отделяло и аэродромы Восточной Пруссии от реки Свирь. Теоретически, "Юнкерс" Ju-88 или "Хейнкель" He-111 могли совершить такой дальний рейд, но лишь с минимальной бомбовой нагрузкой и, что самое главное, безо всякого истребительного сопровождения. Крейсерская (не путать с максимальной) скорость этих самолетов составляла порядка 350 км/час. Другими словами, им предстояло провести без истребительного прикрытия шесть долгих часов в воздухе над территорией противника, система ПВО которого еще не подавлена - речь ведь идет о первом ударе! Само собой, каждый гитлеровский сокол обязан был отдать жизнь "за фюрера и фатерлянд", но чего ради было организовывать такое коллективное самоубийство?  

           В реальности первый налет немецкой авиации на Москву был осуществлен только через месяц после начала войны, в ночь на 22 июля. Фронт к тому времени проходил в районе Ярцево - Ельня, в 300 км от центра Москвы. Это позволяло прикрыть немецкие бомбардировщики истребителями (если и не на всем, то на большей части маршрута), но учитывая огромную концентрацию сил советской истребительной авиации (в системе ПВО Москвы к 22 июля было 29 истребительных авиаполков, на вооружении которых было 585 истребителей - примерно столько же, сколько у немцев на всем Восточном фронте), командование люфтваффе так и не решилось на проведение дневных налетов. С 22 июля по 15 августа на Москву было произведено 18 ночных налетов. По данным советских постов воздушного наблюдения всего (т.е. за три недели) было зафиксировано 1700 самолето-пролетов, но к столице смогло прорваться лишь порядка 70 вражеских бомбардировщиков.

           Задачу предстоящего воздушного наступления на Москву Гитлер лично сформулировал 14 июля следующим образом: "Нанести удар по центру большевистского сопротивления и воспрепятствовать организованной эвакуации русского правительственного аппарата". Как видим, ни "авторемонтные мастерские", ни даже "заводы, производящие отдельные части к самолетам", не вошли в перечень  приоритетных объектов. И это не случайно - в середине июля Гитлер и его генералы не собирались ломать и портить советские заводы. Они рассчитывали на то, что последнюю треть пути от Бреста до Москвы им удастся преодолеть в том же темпе, в каком были пройдены первые две трети. Планировался и осуществлялся "блицкриг", беспощадное стремительное сокрушение армии противника, а вовсе не "война на истощение", в рамках которой только и имели бы смысл авианалеты на заводы, производящие "электрооборудование, шарикоподшипники, покрышки".

         Объектом первого авиаудара могли стать - и стали в реальности - отнюдь не автомастерские в глубоком тылу. Гадать об этом не приходилось: перед глазами Сталина был практический опыт немецкого "блицкрига" во Франции (с этим опытом знакомились сразу из двух источников, так как Москва продолжала поддерживать нормальные дипломатические отношения и с Берлином, и с Виши; как сегодня стало известно, французы передали советской стороне многочисленные отчеты о ходе боевых действий, работе военной промышленности и пр.) и оперативные планы командования ВВС Красной Армии. И что же в них было написано? А вот что:
"…Последовательными ударами боевой авиации по установленным базам и боевыми действиями в воздухе уничтожить авиацию противника. Завоевать господство в воздухе и мощными ударами по основным группировкам войск, железнодорожным узлам, мостам и перегонам нарушить и задержать сосредоточение и развертывание войск противника…"

          Эти стандартные фразы присутствуют в планах прикрытия всех без исключения западных округов.
Мог ли план действия немецкой авиации существенно отличаться от этого "стандарта", вполне подтвержденного практикой воздушной войны на Западном фронте? Мог, но только в одну сторону - в сторону еще большей концентрации всех (или почти всех) сил и средств на решение одной, ключевой задачи. Этой задачей было завоевание превосходства в воздухе, и в частности - удар по аэродромам базирования советской истребительной авиации, как один из способов решения главной задачи. Ни на что другое в первые дни и часы войны командование люфтваффе не могло отвлекаться - ни на бессмысленные бомбардировки московских автосервисов, ни даже на абсолютно необходимые действия по авиационной  поддержке наземных войск и разрушению мостов, переправ, железнодорожных станций в оперативном тылу Красной Армии (на современном языке это называется "изоляция ТВД").

           Сталин это прекрасно понимал. Именно поэтому неуклюжая попытка обмануть его нелепым сообщением о том, что "объектом налетов германской авиации в первую очередь явится электростанция "Свирь-3", вывела из себя этого обычно крайне сдержанного в выражениях человека. А вот современные российские "историки" и журналисты ситуацию не понимают.


Аргументация достаточно убедительная, но все-таки это Солонин. Опять же хочу спросить: где есть профессиональный анализ этого вопроса?
Tags: history
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 25 comments