Александр Бугаев (a_bugaev) wrote,
Александр Бугаев
a_bugaev

Интеллектуал в надежде на благодетельную оккупацию

вчера краем уха услышал в беседе Виктора Ерофеева и Андрея Кончаловского
В. ЕРОФЕЕВ – Я хочу сказать другое. Знаешь, что? Вот, было Смутное время. Помнишь, поляки пошли, там была крепость в Смоленске. Они её брали, брали. Хотя сам польский король уже был в Москве. А потом по перемирию Смоленск и его окрестности перешли к Польше. И вот, что любопытно. Они перешли тогда ещё в XVII веке и до конца XVIII века полтора века смоленские дворяне читали по-польски, не хотели жениться на русских девушках и считали, что центр там, на западе. Значит, Россия поддаётся влиянию…

А. КОНЧАЛОВСКИЙ – А теперь вторая половина моей катастрофы.

В. ЕРОФЕЕВ – Смотри, поддаётся. Значит, специальными указами российских царей был запрещён польский язык, а там, кстати говоря, Смоленск был объявлен свободным городом, они там процветали, -всё было хорошо. И они же нормальные, это же были нормальные русские дворяне.
---------

Ну, какие особые мнения высказывали эти ученые люди, это их дело, у нас ведь свобода слова. Но меня очень удивило утверждение, что Смоленск полтора века был под поляками, про конец восемнадцатого века (это не ошибка расшифровщицы, было произнесено вполне отчетливо). Мне ведь помнилось про 1654, про Андрусовский мир. Думаю, неужто я настолько не знаю историю, неужто Смоленск вернули не при Алексее Михалыче, а лишь при матушке-Екатерине?

Заглянул в Википедию - нет, память подвела не меня.

А может, он и не имел в виду, что Смоленск вернули только в конце восемнадцатого века? Может, просто так неудачно построил фразу?

Но главное - Ерофеев не ошибся в описании дворянской полонофилии:
Хотя вхождение в Речь Посполитую продолжалось чуть менее полувека, за эти годы и годы предыдущего вхождения в Великое княжество Литовское, польская культура оказала громадное влияние на смоленское дворянство, которое на протяжении всего XVIII века именовало себя «шляхетством». По воспоминаниям Льва Энгельгардта, смоленские шляхтичи на протяжении столетия после возвращения Смоленска России предпочитали читать польские книги и брать себе жен из Польши, а не из «презираемой „России“». При Анне Иоанновне польские книги на Смоленщине были запрещены, за владение ими били кнутом и ссылали в Сибирь; запрещены были также браки с польками; однако смоляне жён из «России» по прежнему не брали, предпочитая браки в своей среде. Отец Энгельгардта в середине XVIII века был первым, кто нарушил этот негласный запрет и женился на женщине из «России»
Как говорится, "в главном-то он прав!".

Да и вообще - талантливые и креативные люди собрались, взялись за руки, говорили друг другу комплименты:
С. СОРОКИНА – Нам нужно уже заканчивать. Собственно говоря, вот, мы подошли к нашему общему опасению и к тому, что разделение общества на эти самые группы непримиримые – вот это самое страшное, наверное.

А. КОНЧАЛОВСКИЙ – Тут вы опять преувеличиваете.

С. СОРОКИНА – Я не преувеличиваю.

А. КОНЧАЛОВСКИЙ – Нет, радость моя, вы говорите – какое разделение? 2% и 98. Вот они так разделились. Ну надо же реально смотреть на…

С. СОРОКИНА – И что? И что?

В. ЕРОФЕЕВ – Подождите, но есть один Пушкин и 2000 графоманов. Так что ж мы будем сравнивать?

С. СОРОКИНА – Будем ориентироваться на графоманов.

В. ЕРОФЕЕВ – Есть прекрасный режиссёр, как ты, и есть миллионы, которые home-video.

С. СОРОКИНА – Значит, напоминаю, что прекрасный режиссёр – это Андрей Кончаловский. Прекрасный писатель – это Виктор Ерофеев. Мы сегодня говорили с ними, пытались поговорить, немножко заглянуть в будущее.
Что может быть лучше?
Tags: discourse, links
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments